Это было обусловлено спецификой некоторых тоннелей - высота потолка в некоторых из них была не больше 1 метра 70 сантиметров.
В силу этого, что надо было почти полностью обнулить токсичность выхлопа штатного бензинового мотора. Кстати, из-за этого экипаж машины сократили с 4-х человек до двух. Посадочные места остались только у механика-водителя и стрелка. А заднюю часть занимал громоздкий бак жидкостного нейтрализатора с содовым раствором-абсорбентом. Кстати, снижения веса удалось достичь благодаря применению пластика в отделке и оперении. Панели из стеклопластикового волокна были не только легче обычных кузовных панелей из металла, но при этом и легче и прочнее.
С марта 1959-го года по январь 1961-го года московскому батальону охраны было поставлено 40 машин ГАЗ-19, а ленинградскому - 30.
Машины имели кронштейны для крепления пулемёта ПКТ, а 8 автомобилей(4 в Москве и 4 в Ленинграде) были модернизированы позднее в тягачи шахтных орудий ЗиС-3.
Этим машинам установили сцепное устройство и новые КПП с демультипликатором.
Автомобили ГАЗ-19 служили на линии кремлёвского метро до начала 70-х, после чего их стали заменять машинами подобного типа на шасси УАЗ-469. В боестолкновениях ни те, ни другие автомобили участия не принимали.
РАФ-977. Известный конвейерный долгожитель. Кто из нас знал, что в своё время он мог подвинуть на южно- и североамериканском рынке знаменитый VW T-1?
Всё началось с переговоров чиновников ВО «Автотехимпорт» с представителями крупного автодилера на территории США — компанией «Vehículos confiables» активно работавшей в Аргентине, Бразилии и острове Куба. Это вполне объяснимо, ведь СССР необходимы были валютные поступления.
Потребителям американского континента требовался микроавтобус чуть больше и солиднее “Фольксвагена-Транспортера», и советская сторона намеревалась заполнить эту нишу перспективной моделью Рижской Автомобильной Фабрики, которая должна была серийно выпускаться с 1958-го года.
Надо сказать, что американская сторона сначала с недоверием отнеслась к русскому «Т-1», но устроив ей двухмесячный тест-драйв в качестве развозного фургона по улицам Буэнос-Айреса, впечатление менеджеров «Vehículos confiables» изменилось столь диаметрально, что компания даже предложила своё финансовое участие в доведении проекта до серийного производства. Переговоры в Министерстве Автомобильной Промышленности СССР, где и было озвучено это предложение, завершились подписанием протокола о намерениях, после чего началась настоящая работа.
Американцы потребовали микроавтобусы первого года выпуска поставлять только на американский рынок, и даже внесли аванс на закупку первых 200-т штук.
Также американская сторона настояла и на специальной комплектации микроавтобуса для США и Южной Америки.
И если модификация «фургон» изменений не претерпела, то для пассажирских версий художники-конструкторы РАФа разработали иное оформление салона и кузова. Из заметных отличий — противосолнечный козырёк из тонированного оргстекла, и низкопрофильные шины американского производства. Внутри отличия были существеннее — сиденья обшивались натуральной кожей, планировка салона предусматривала размещение кресел только вдоль стенок и раскладной стол посередине, а в топовых комплектациях в задней части РАФа, который собирались продавать под названием RAFrente ставили кондиционер марки «General Electric».