16 июня 1961 г. 56 лет назад
Неистовый прыжок к свободе
Рудольф Нуреев
В июне 1961 года, находясь на гастролях в Париже вместе с труппой Кировского театра (ныне Мариинский театр), Нуриев решил остаться на Западе. В Париже он был занят только в последнем акте одного балета. Но публика шла смотреть именно на него, каждое выступление сопровождалось овацией. У него появилось множество друзей.
Обстоятельства его побега сенсационны. Нуриев был гомосексуалистом и в Париже не смог удержать в секрете от агентов КГБ контактов с «голубыми». Тогдашний председатель КГБ А.Н. Шелепин докладывал в ЦК КПСС: «
Из Парижа поступили данные о том, что Нуриев Рудольф Хамитович один уходит в город и возвращается в отель поздно ночью. Он установил близкие отношения с французскими артистами, среди которых – гомосексуалисты. Несмотря на проведённые с ним профилактические беседы, Нуриев не изменил своего поведения...». Из Москвы пришло указание: «
Нуриева наказать».
В аэропорту за несколько минут до отлёта труппы в Лондон, где должна была пройти вторая часть гастролей, Рудольфу вручили билет в Москву со словами: «
Ты должен танцевать на правительственном приёме в Кремле». Рудольф вспоминает: «
Я почувствовал, как кровь отхлынула от моего лица. Танцевать в Кремле, как же... Красивая сказочка. Я знал: навсегда лишусь заграничных поездок и звания солиста. Меня предадут забвению. Мне просто хотелось покончить с собой».
16 июня 1961 года. До отлёта в Москву – два часа. Нуриев позвонил своей подруге Кларе Сент. Через двадцать минут Клара была в аэропорту с двумя полицейскими. Она обняла его и прошептала на ухо: «
Ты должен подойти к тем двум полицейским и сказать: я хочу остаться во Франции. Они тебя ждут». Сотрудники советского посольства начали оттеснять Нуриева, но он вырвался и совершил один из своих знаменитых прыжков. Позднее западные репортёры назовут его «прыжком к свободе». Приземлившись, он попал прямо в руки французских полицейских. И попросил убежища. Под стражей его отвели в специальную комнату, откуда было два выхода: к трапу советского самолёта и во французскую полицию. Наедине он должен был принять решение. «
Я принял решение потому, что у меня не было другого выбора, - заявил Нуриев. -
И какие отрицательные последствия этого шага ни были бы, я не жалею об этом».
Выбора у него действительно не было: КГБ уже давно подозревал его в гомосексуализме, а в Париже тому представились доказательства. С политикой его решение не было связано – ни Хрущёв, ни Брежнев его не интересовали.
В связи с этим в СССР за измену родине Нуриев был заочно приговорён к семи годам тюрьмы с конфискацией имущества.